Житие афонского старца Аввакума (Вакарова)
Старец Аввакум на богослужении в параклисе представительства Пантелеимонова монастыря в Кариесе. Праздник Светописанной иконы. 1961 г.
Афонский старец Аввакум (в миру Андрей Иванович Вакаров) родился в 1899 г. в с. Горинчево на Закарпатье. Этот край, известный также под названием «Карпатская Русь», в то время входил в состав Австро-Венгерской империи, а сегодня это область на территории Украины.
Происходил Андрей из старинного закарпатского рода Вакаровых и был четвертым ребенком в семье Ивана и Марии. В детстве будущий подвижник стал свидетелем возрождения православия на Закарпатье, во главе которого стояли его родственники. Как известно, до начала ХХ века на Закарпатье, не было ни одного православного прихода, а верующие были насильно обращены в унию. Первый православный приход в регионе возник в 1901 г. в селе Иза трудами Ивана и Иакова Вакаровых. Пытаясь это пресечь австро-венгерская полиция арестовала Иакова Вакарова и нескольких его единомышленников. Как один из лидеров движения он был осужден на 14 месяцев тюрьмы, а по окончании срока был убит жандармами в 1905 г. Иаков Вакаров стал первым мучеником за православную веру в Карпатской Руси.
Фотография А. И. Вакарова перед отъездом на Афон. 1926 г.
В юношестве Андрей стал учеником прп. Алексия (Кабалюка) Карпаторусского и нес послушания в первом закарпатском монастыре — обители святителя Николая Чудотворца в с. Иза. Отсюда в 1926 г. по благословению прп. Алексея Андрей Вакаров отправился на Святую Гору Афон, где в том же году был зачислен в число послушников Русского Свято-Пантелеимонова монастыря. Практически сразу он оказался под духовным руководством целой плеяды выдающихся афонских старцев: прп. Силуана Афонского, схиархимандритов Мисаила (Сапегина), Иоакима (Кузнецова), Иустина (Соломатина) и Илиана (Сорокина), Кирика (Максимова) и других. Но наибольшее влияние на него оказал прп. Силуан Афонский.
Первым послушанием Андрея стал труд на «быкарне» – скотном дворе, где держали быков, в то время главную тягловую силу, при помощи которой перевозили лес и выполняли многие другие тяжелые работы. На первых порах Андрею доверили двух быков и арбу (высокий воз). Скотный двор был устроен на Крумице, окраине владений обители святого Пантелеимона. Скит расположен недалеко от сербского монастыря Хиландар, у самой границы Святой Горы с материком. В эпоху расцвета в конце XIX – начале XX в. здесь подвизалось около 300 насельников. Этот живописный уголок с великолепными морскими видами и благоприятным климатом стараниями монахов был засажен виноградниками и обширными фруктовым и масличным садами. На Крумице Андрей Вакаров ухаживал за животными, возил лес, который оставался едва ли ни самым главным из оставшихся источников достатка беднеющего монастыря. Послушание было одним из самых сложных и опасных. Приготовление леса и скользкий спуск заготовленных деревьев требовали от послушника и сноровки, и терпения, и молчания, и опытности, и умения безропотно переносить тяжелые нагрузки. Послушание испытывало Андрея Ивановича на прочность и проверяло его готовность принять иночество. Помимо храмовых молитв и келейного правила, каждое утро его ждал тяжелый физический труд, заботы и круг людей, которые практически ничем не отличались от тех, кем он был окружен в обычной жизни у себя дома, в родных Карпатских горах. В тяжелых трудах на Крумице Андрей Вакаров провел первые полтора года своего пребывания на Афоне.
Свято-Пантелеимонов монастырь. Фото пер. пол. ХХ века
В начале 1928 г. старцем-игуменом о. Мисаилом было принято решение о перемене для Андрея Вакарова послушания и о возложении на него иноческой рясы. Послушник в полной мере соответствовал требованиям, которые святогорская традиция предъявляла к желающим вступить на иноческую стезю. Накануне празднования памяти прп. Марии Египетской, Андрей Вакаров по благословению игумена и Собора старцев обители принял рясофор и был вписан в монахологий Пантелеимонова монастыря. Тогда же ему на полтора года было заменено послушание на «бундунарню», т.е. мастерскую, где изготавливали бочки. Новое послушание казалось более легким, но требовало сноровки и аккуратности при работе с деревом и старыми бочками. Летом 1929 г. о. Аввакума ждало новое послушание на Крумице – следующие полгода он трудился на монастырской пасеке.
В 1930 г., на праздник Севастийских мучеников, Аввакум принял монашеский постриг с возложением на него мантии. Вскоре после принятия монашеского пострига о. Аввакум был направлен на послушание к старцу Силуану (Антонову) Афонскому, который в то время нес послушание старшего эконома Пантелеимонова монастыря. Во всем подражая своему духовному наставнику, монах спокойно принимал всякий порученный труд и смиренно нес крест любви к Богу и к собратьям.
Затем о. Аввакума вновь назначили на «быкарню». В своем дневнике он оставил краткую запись: «Посл[али] из пасеки обратно на Быкарню, и заставили ковать бычков и сколько годов не помню, и после поставили меня старцем много времени, я там прожил с аргатами и с рабочими». На этот раз монаху поручили управление работниками, трудившимися на скотном дворе. Для них о. Аввакум был своего рода «отцом», поскольку ему вверялась забота и попечение о них, об их духовной и физической жизни. Сам монах в своем дневнике признался, что не помнит, как долго нес послушание на «быкарне». Однако из кратких записей известно, что в 1949 г., когда о. Аввакуму исполнилось 50 лет, ему доверили обязанности эконома монастырского леса на Старом Русике, а перед этим он почти два с половиной года нес различные послушания на «брещере» и «муларне», где ухаживал за мулами, на сборе маслин и в маслобойне, а также на монастырской мельнице, где прежде долгие годы трудился его духовный наставник старец Силуан Афонский. Таким образом, монах со смирением, трудолюбием и старанием нес свое послушание на «быкарне» более пятнадцати лет.
Скит Крумица (современное фото). Здесь о. Аввакум проходил свое первое послушание. Это был труд на “быкарне“ — скотном дворе.
По свидетельству очевидцев, о. Аввакум вел очень аскетический образ жизни, постоянно ограничивая себя в еде, одежде и комфорте. Был трудолюбив и никогда не гнушался самых тяжелых и грязных черновых работ. При этом всегда был немногословен и погружен в непрестанную внутреннюю созерцательную молитву. Научившись внутреннему духовному деланию от прп. Силуана Афонского и других старцев Пантелеимонова монастыря, о. Аввакум старался во всем им подражать. Современники свидетельствовали, что как по своему мировоззрению, так и внешним видом о. Аввакум во многом напоминал прп. Силуана Афонского. Такой же высокий и крепкого телосложения, наделенный большой физической силой, он, как и прп. Силуан, сочетал в себе эти качества с кротостью, милосердием и любовью к ближним. Строгий аскетический лик и взор, погруженный в непрестанную Иисусову молитву, всегда излучал своеобразное тепло, от которого чувствовалась неподдельная сердечная любовь.
В 1949 г. на о. Аввакума были возложены обязанности эконома монастырского леса на Старом Русике. Об этом он оставил короткую запись в дневнике: «Послали на послушание в лес, поставили экономом смотреть за лесными мастерами, 5 лет». Лес оставался одним из немногих стабильных источников дохода монашеской общины св. Пантелеимона, что было крайне важно в условиях инфляции и лишения выплат за реквизированные монастырские метохии (небольшие хозяйства). Кроме того, о. Аввакуму удалось сохранить мирные отношения с греческими партизанами, а когда гражданская война стала подходить к концу, не поссорился и с полицией. Теперь о. Аввакум мог восстанавливать заготовку леса без ущерба для отношений с придирчивыми новыми хозяевами скита. В то же время назначение о. Аввакума экономом вводило его в круг лиц, которые управляли обителью.
В начале 1951 г. решением Собора старцев обители монах Аввакум был назначен соборным старцем. С того времени он регулярно принимает участие в заседаниях Собора старцев обители, а его имя значится в протоколах. Некоторое время он занимался решением вопросов вокруг афонского подворья в Константинополе-Стамбуле.
В 1955 года Собор старцев доверил о. Аввакуму восстановление монастырского скита Крумица, экономом которого его назначили. Трудами старца изрядно обедневший и изветшавший скит начал возрождаться. Теперь при нем можно было даже содержать больных насельников, нуждавшихся в поддержке сил и в элементарном лечении. Одновременно с этим о. Аввакум продолжал нести обязанности по заготовке леса, борьбе с учащавшимися лесными пожарами, уходу за престарелыми монахами и поддержанию единства и взаимопомощи между Пантелеимоновым монастырем и другими русскими обителями на Афоне.
В 1959 г. Собор старцев обители избрал о. Аввакума (Вакарова) антипросопом (уполномоченным представителем) Пантелеимонова монастыря при Священном Киноте – центральном органе управления Афона. В том же году он был рукоположен во иеромонаха – хиротонию совершил давний друг о. Аввакума и бывший насельник обители, ректор Свято-Сергиевского института в Париже, выдающийся богослов и переводчик Нового Завета епископ Кассиан (Безобразов), викарий Западно-Европейского экзархата русских приходов под омофором Константинопольского Патриархата.
Члены Священного Кинота Афона. Cтарец Аввакум (Вакаров) во втором ряду крайний слева. 1959 г.
Послушание антипросопа о. Аввакум непрерывно выполнял на протяжении 13 лет вплоть до своей кончины. Это был один из самых тяжелых периодов в истории Пантелеимонова монастыря, в котором ему довелось принять самое деятельное участие. Антипросоп сыграл важную роль в нормализации отношений обители с греческими властями и в возобновлении связей с Русской Православной Церковью, следствием чего впервые за многие десятилетия стало возможным пополнение братства монастыря новоприбывшими молодыми иноками из СССР.
Отец Аввакум, по натуре своей не склонный ни к властолюбию, ни к командованию другими, никогда не стремился занять высокие должности в монастыре, всегда старался держаться в стороне от каких-либо споров и не навязывать своего мнения. Отдавал предпочтение уединению и молитве, и всегда с глубоким смирением выполнял любые порученные ему послушания и тяжелые работы. По всей видимости, именно за эти качества Собор старцев обители и выбрал о. Аввакума, который мог совмещать образ истинного монаха и молитвенника с трудолюбием и ответственностью. Стоит сказать о том, что по глубокому внутреннему состоянию он не хотел лишать себя молитвенного уединения и нарушать его административными заботами в Киноте. Об этом свидетельствуют его неоднократные обращения к Собору старцев с просьбой освободить от бремени должности антипросопа.
Говоря о личных качествах о. Аввакума, нужно еще отметить, что он не только имел талант организатора и хозяйственника, но и успешно справлялся с дипломатическими послушаниями на заседаниях Священного Кинота Афона и при сопровождении официальных церковных делегаций, посещавших Святую Гору. Обладал о. Аввакум и хорошей памятью — он владел пятью языками: украинским, русским, словацким, греческим и венгерским, а также практически полностью на память знал все литургические молитвы и псалтырь.
О. Аввакум приветствует на берегу Афона греческого короля Павла I. 1959 г.
Буквально через несколько дней после назначения на должность антипросопа о. Аввакуму пришлось принимать участие во встрече греческого монарха короля Павла I. В 1963 г. на Афоне прошли торжества, посвященные празднованию его 1000-летия. Как член Св. Кинота о. Аввакум принял самое непосредственное участие в общеафонском праздновании и представил на них монастырь св. Пантелеимона.
В эти и последующие годы старцу Аввакуму было доверено встречать прибывавшие в обитель международные, греческие, паломнические, научные и церковные делегации. Он сопровождал участников делегаций при визитах в Священный Кинот, знакомил с жизнью и положением на Афоне и в Пантелеимоновом монастыре, был переводчиком.
О. Аввакум был непосредственным участником возобновления связей монастыря с Русской Православной Церковью. В 1959 г. состоялось первое посещение Афона начальником Русской духовной миссии в Иерусалиме архимандритом Никодимом (Ротовым), впоследствии – митрополитом Ленинградским и Новгородским. Именно тогда состоялось знакомство о. Аввакума с о. Никодимом и с другими представителями РПЦ. В 1962 году состоялся первый за многие годы официальный визит делегации Русской Церкви, которую возглавил архиепископ Ярославский и Ростовский Никодим. О. Аввакум сопровождал делегацию в поездке по Святой Горе, пытаясь показать тяжелое положение Пантелеимоновой обители. По итогам визита в отчете о поездке архиепископ Никодим настоятельно рекомендовал священноначалию оказать монастырю св. Пантелеимона возможную материальную и моральную помощь, а также направить в обитель новых иноков.
С делегацией РПЦ, которую возглавил председатель ОВЦС архиепископ Никодим (Ротов). Июль 1963 г. О. Аввакум — крайний слева.
В 1969 г. вместе с другими членами Св. Кинота о. Аввакум выступил против представленного гражданским губернатором нового канониза (устава) Святой Горы. А 1970-м вместе с 15 другими святогорскими антипросопами выступил против избрания для Афона отдельного архиерея из числа афонских монахов. В 1971 г. собрании представителей афонских монастырей отвергли угрозы и требования правительства, хотевшего создать туристическую зону Халкидики и открыть Афон для свободного посещения туристами. В 1972 году собрание единогласно постановило разорвать все отношения с губернатором и потребовать, чтобы правительство немедленно удалило его с горы Афон. Таким образом, Святую Гору удалось сохранить как духовный центр православного монашества.
Испытывая любовь и уважение к старцу Аввакуму, братия несколько раз выдвигала его кандидатом на пост игумена Пантелеимонова монастыря, но, лишенный и тени тщеславия и властолюбия, он смиренно уступал эту должность, как он считал, «более достойным». К слову, в 1971 г. о. Аввакум уступил игуменство в пользу земляка и друга о. Гавриила (Легача).
Из-за своей небывалой скромности и аскетической немногословности о. Аввакум практически не оставил о себе воспоминаний. Он не любил фотографироваться и попадать на первый план на многолюдных официальных церковных мероприятиях. В сохранившемся дневнике, который он вел на Святой Горе с 1968 по 1971 г., будучи антипросопом обители, старец много внимания уделяет хозяйственным нуждам Пантелеимонова монастыря, однако крайне скупо сообщает о самом себе. Но этот факт очень много говорит о подвижнике, который в самые сложные периоды истории обители всецело жил проблемами монастыря и братства. Огромная заслуга старца Аввакума заключается в том, что во многом благодаря его усилиям Афонский Пантелеимонов монастырь удалось спасти от окончательного запустения и разорения, добиться пополнения новыми братьями, что заложило основание для дальнейшего возрождения обители.
С середины 1960-х годов о. Аввакум стал тяжело болеть, однако продолжал нести послушания наравне со всеми. К 1972-му г. здоровье семидесятитрехлетнего старца сильно ухудшилось. Последний год он много болел, и ему уже было тяжело исполнять послушание антипросопа и участвовать в заседаниях Св. Кинота. При этом сам старец предпочитал не говорить и не обращать внимание на свое здоровье. Даже посещая врачей и возвращаясь после лечения в обитель, о. Аввакум продолжал заниматься монастырскими делами, не давая себе времени для передышки и отдыха. Однажды возвратившись в монастырь после сложной операции, он уже через четыре дня отбыл в Карею нести послушание при Св. Киноте. Это свидетельствует о том, как глубоко старец переживал за вверенное ему послушание и жил исключительно заботой о родной обители.
В августе 1972 года, во время последних подготовительных работ накануне первого в истории визита на Афон Московского Патриарха Пимена заболевание о. Аввакума обострилось. Болезнь развивалась быстро, однако старец, вместо того, чтобы вовремя лечь в больницу, еще несколько дней продолжал заниматься неотложными монастырскими делами. Он отправился в дальнюю и утомительную по тем временам поездку на материк в Фессалоники, однако боли оказались такими сильными, что о. Аввакума отвезли в больницу. Доктора нашли у него сильно распухшую селезенку – болезнь была источником сильных телесных страданий. Последовавшая операция не смогла остановить прогрессирующее заболевание. Тогда же лечащий врач сообщил, что у о. Аввакума рак тяжелой стадии и надежды на излечение нет.
О. Аввакум (крайний справа) с афонскими старцами: о. Власием, о. Вонифатием, о. Гавриилом и о. Кесарием. 1955 г.
Как свидетельствовал работавший при нем многие годы трудником на монастырском хозяйстве грек Яннис Ипсилантис, когда о. Аввакум болел, он принес старцу для укрепления сил кефир, но «отец Аввакум всю жизнь держал пост и не стал пить кефир, потому что тот день был постным». При этом Яннис подчеркнул, что по средам и пятницам отец Аввакум вообще никогда ничего не ел, а только пил чай после захода солнца.
По просьбе о. Аввакума уже 22 сентября его перевезли на Афон в Пантелеимонов монастырь. Через пять дней, 27 сентября, его соборовали, а в ночь с 29 на 30 сентября он мирно почил. В соответствии с афонским обычаем, о. Аввакума отпели и похоронили в тот же день на братском кладбище Пантелеимонова монастыря.
Занимая на протяжении многих лет высокие монастырские посты, отец Аввакум, подобно прп. Силуану Афонскому, оставался совершенно незаметным для остальных. Его внутренний молитвенный мир, бесконфликтность и добросердечие, сопряженные с трудолюбием, смирением и житейской мудростью – прекрасный образец подлинного афонского монаха и подвижника. По словам современников, он не принадлежал себе. Его незлобивость и нераздражительность, постоянно мирный дух, любвеобильность и молитвенная сосредоточенность имели благотворное свойство усмирять без лишних слов даже самых строптивых послушников. Порой складывалось впечатление, что он и вовсе находится не на земле, но как бы пребывает сердцем в Горнем Иерусалиме. Примечательна еще одна сторона его личности. Она очень отчетливо видна на оставшихся немногочисленных фотографиях, где встречается о. Аввакум. Почти всегда он стоит с края и практически никогда не находится в центре. Отрекшись от мира, о. Аввакум не стремился к известности и славе, никогда не кичился своими заслугами и значимостью и никому не демонстрировал своего «я», считая себя самым недостойным и последним грешником. Также он был незлобив и никогда не держал ни на кого зла, даже на обидчиков. Эти качества подвижника свидетельствуют, что еще при жизни он сумел стяжать плоды благодати Духа Святого, действию которого он целиком вручал свои мысли и действия. Именно таким запомнился старец Аввакум современникам, сподобившимся знать его и общаться с ним лично. Таким Господь сегодня открывает нам Своего угодника.
Больше фотографий старца Аввакума здесь >>>